remochka

С Александрой Борисенко я познакомилась на защите ее диссертации в 2001 году. Диссертация была посвящена советской школе перевода, и была в ней глава о русских переводах «Алисы» и освоении нонсенса русской культурой. Я выступала оппонентом. С тех пор мы нередко встречались: нам было что обсудить. Одну из наших бесед, записанную на диктофон, я и включила в эту книгу.

Этот разговор отличается от большинства бесед и интервью, собранных в этой книге, и поначалу я думала исключить из нее свои разросшиеся реплики. Однако мне так часто задают те же вопросы, которые задала Саша, что в конце концов я решила воспользоваться случаем и ответить на них печатно. К тому же друзья и коллеги, которые были моими первыми читателями, протестовали против сокращений.


Н. Демурова. Когда мы с Вами познакомились, Вы рассказали мне удивительную историю о том, как Вы с бабушкой читали «Алису»... Когда же произошло Ваше первое с ней знакомство?

А. Борисенко. Я не помню своего первого знакомства с «Алисой», а может быть — и второго, и третьего. «Алису» я в детстве слушала бессчетное количество раз — мне ее читала вслух бабушка, у которой не хватило терпения дождаться моего сознательного возраста. Можно сказать, что эта книга определила для меня выбор профессии — именно в ходе бесконечных чтений Кэрролла выяснилось, что существует особая литература — английская (куда потом добавились Мэри Поппинс и Винни-Пух), и особая профессия — «переводчик». Потому что большая синяя книжка с ключом на обложке называлась «демуровский перевод „Алисы”». (Читать далее...)

Этой прогулке по реке суждено было войти в историю литературы. Когда Чарлз Лютвидж Доджсон (1832-1898), преподаватель математики в оксфордском колледже Крайст Чёрч и дьякон Англиканской церкви, ныне известный во всем мире под псевдонимом Льюис Кэрролл, сел вечером 4 июля 1862 года за стол, чтобы, как всегда, сделать запись в своем дневнике, он и не подозревал, что эти скромные строки будут спустя десятилетия снова и снова цитироваться его исследователями и поклонниками. «Аткинсон привел ко мне своих друзей, миссис и мисс Питерс, — записал он, — я их фотографировал, а потом они посмотрели мой альбом и остались завтракать. Затем они отправились в музей, а мы с Даквортом, взяв с собой трех девочек Лидделл, отправились на прогулку вверх по реке в Годстоу; пили чай на берегу и вернулись в Крайст Чёрч только в четверть девятого. Зашли ко мне, чтобы показать девочкам мое собрание фотографий, и доставили их домой около девяти часов».

Миссис и мисс Питерс, равно как и Аткинсон, сейчас никого не интересуют, а вот о трех сестрах Лидделл, дочерях ректора колледжа Крайст Чёрч, написаны многие страницы, ибо именно им — Лорине, Алисе и Эдит — была впервые рассказана сказка о приключениях Алисы под землей, по сей день продолжающая восхищать детей и взрослых. Спустя столетие после этого дня известный по обе стороны океана поэт У. X. Оден напишет, что 4 июля 1862 года — дата, «столь же памятная в истории литературы, как 4 июля в истории Америки», и этого никого не удивит. Да, это дата отмечает начало истории о сказочных приключениях Алисы под землей, — истории, которая насчитывает по меньшей мере четыре различных варианта. И речь здесь пойдет не только о приключениях Алисы под землей, но и о приключениях самой сказки, ибо чего только с ней не происходило!

В тот солнечный день Доджсон был в превосходном настроении и охотно согласился рассказать девочкам сказку. Он дружил с детьми Лидделл — сначала со старшим братом Генри, потом, когда Генри, по укоренившейся в таких семьях традиции, отправили в школу-интернат, — с девочками, которые уже немного подросли. Он водил их в музей, где показывал изображение дронта (или додо), птицы, которая была уничтожена европейскими колонистами еще в XVI веке, ходил с ними на прогулки, играл в крокет, учил их грести, с неизменным удовольствием слушал их пение, фотографировал (первый снимок средней сестры Алисы, ставшей его любимицей, он сделал, когда ей было четыре года), а главное — придумывал для них всевозможные истории, одна лучше другой. В тот исторический день, как вспоминали потом участники экспедиции, сказка ему особенно удалась. Впоследствии его приятель Робинсон Дакворт так описал впечатление, который произвел на него этот рассказ: «Я греб, сидя на корме, а он на носу, так что сказка сочинялась и рассказывалась буквально через мое плечо Алисе Лидделл, которая была «рулевым» нашей гички. Помнится, я обернулся к нему и спросил: “Доджсон, вы это сами сочинили?” А он ответил: “Да, я сочиняю на ходу”». (Читать далее...)